Комитет 300

автор - Джон Колеман
В деле эффективной промывки мозгов больших групп населения в нашем обществе решающая роль принадлежит печатным и электронным средствам массовой информации. Войны уличных банд закончились в Лос-Анжелесе в 1966 году, как только средства массовой информации прекратили их комментировать. Уличные банды начинают разбредаться по мере ослабления к ним внимания СМИ, а затем они бесследно исчезают. Как и в 1966 году проблема просто «выдохлась». Уличные банды исполнили свою задачу создания атмосферы нестабильности и опасности. Точно такой же сценарий ожидает и «рок» музыку. Будучи лишенной внимания средств массовой информации, она тихо займет свое место в истории.

Вслед за «Битлз», которых, между прочим, собрал вместе Тавистокский Институт, приехали и другие «Made in England» рок группы, для которых, как и для «Битлз», Тео Адорно писал всю культовую «лирику» и сочинял всю «музыку». Мне неприятно употреблять эти прекрасные слова в контексте «битломании»; это напоминает мне, как неправильно используется слово «возлюбленный», когда оно относится к грязному контакту между двумя гомосексуалистами, извивающимися в свинской похоти. Называть «рок» музыкой – такое же оскорбление музыки, как и «рок-лирика» – оскорбление языка.

Затем Тависток и Стэнфорд принялись за осуществление второй фазы работы, заказанной им Комитетом 300. Новая фаза поддала жару социальным изменениям в Америке. Так же быстро, как появились на американской сцене «Битлз», возникло и «разбитое поколение» (beat generation) – кодовые слова, предназначенные разделить и обособить общественные группы. Теперь СМИ сфокусировали свое внимание на «разбитом поколении». Новые слова тавистокского происхождения взялись, казалось бы, ниоткуда: «битники», «хиппи», «дети цветов» – эти слова прочно вошли в язык Америки. Стало популярным «выпадать из общества» (drop out), носить грязные джинсы и длинные немытые волосы. Представители «разбитого поколения» отрезали себя от остальной Америки. Они получили такую же дурную репутацию, как и более чистоплотные «Битлз».

Вновь созданная социальная группа и ее «стиль жизни» затянула миллионы молодых американцев в свой культ. Американская молодежь подверглась радикальной революции, даже не осознавая этого, в то время как старшее поколение беспомощно пребывало рядом, будучи не в состоянии установить источник кризиса и, следовательно, неадекватно реагируя на его проявления, которыми были всевозможные наркотики, марихуана, а позднее лизергиновая кислота. «ЛСД» была «как нельзя кстати» предоставлена для них швейцарской фармацевтической компанией SANDOZ, после того как один из ее химиков Альберт Хоффман открыл синтез эрготамина – одного из мощнейших изменяющих сознание наркотиков. Комитет 300 финансировал этот проект через один из своих банков S. C. Warburg, а в Америку наркотик завез философ Олдос Хаксли.

Новый «чудо-наркотик» начали быстро распространять в «пробных» упаковках, бесплатно раздаваемых в колледжах и на «рок» концертах по всей территории Соединенных Штатов, в результате чего именно ЛСД стал катализатором широкого распространения наркотиков. Здесь сразу встает настоятельный вопрос: а что делало в это время «Управление по борьбе с наркотиками» (УБН) (Drug Enforcement Agency (DEA))? Имеются неоспоримые косвенные доказательства, показывающие, что УБН знало, что происходит, но ему было приказано не вмешиваться.

По мере того, как все больше британских «рок-групп» прибывало в США, рок концерты стали обязательным элементом повседневной жизни американской молодежи. В тандеме с этими «концертами» пропорционально росло и потребление молодежью наркотиков. Дьявольский бедлам тяжелых ударных звуков глушил сознание слушателей до такой степени, что любого из них можно было легко убедить попробовать новый наркотик лишь потому, что «все делают это». Пример окружающих сверстников – очень сильное оружие. «Новая культура» получила максимально возможное освещение в средствах массовой информации, причем это не стоило заговорщикам ни цента.

Сильное негодование ряда гражданских лидеров и церковных деятелей по поводу нового культа было направлено против его РЕЗУЛЬТАТОВ, а не против ПРИЧИН. Критики рок-культа совершили те же самые ошибки, которые были сделаны в период «сухого закона»: они критиковали правоохранительные органы, учителей, родителей – кого угодно, только не заговорщиков.

Поскольку меня переполняет чувство гнева и негодования в отношении этой великой наркотической чумы, я не прошу у читателя извинений за использование слов, совершенно для меня не характерных. Одним из самых мерзких наркотических гадов во всей Америке является Алан Гинзберг (Alan Ginsberg). Этот Гинзберг, не затратив ни цента, разрекламировал ЛСД на всю страну, хотя в обычных обстоятельствах такая реклама на телевидении стоила бы миллионы долларов. Эта бесплатная реклама наркотиков, и прежде всего ЛСД, достигла своего пика в конце шестидесятых годов благодаря абсолютно добровольной поддержке СМИ. Эффект массовой рекламной кампании Гинзберга был ужасающим; американская общественность подверглась сразу целому ряду «культурных шоков будущего».

Подвергнутые воздействию лавинообразного потока информации и чрезмерной стимуляции (я хочу снова напомнить, что это – тавистокский жаргон, почерпнутый из тавистокских практических пособий), мы были захвачены этим потоком, а, достигнув определенной критической стадии, наше сознание стало просто впадать в апатию, будучи уже не в силах переваривать эти информационные сверхдозы – то есть, «глубокое всестороннее проникновение» достало нас. Гинзберг претендовал на звание поэта, но никто из тех, кто пытался стать поэтом, не писал большей ерунды и вздора. Поставленная перед Гинзбергом задача почти не имела отношения к поэзии – его главной задачей было навязать целевой группе населения новую субкультуру.

В помощь Гинзбергу приставили Нормана Мейлера, писателя того сорта, что регулярно проводят время в психушках. Мейлер был любимцем левацкой голливудской тусовки и поэтому у него не было проблем с получением максимума телевизионного времени для Гинзберга. Естественно, Мейлер должен был иметь благовидный предлог – даже он не мог открыто пропагандировать истинные намерения Гинзберга. Поэтому был предпринят следующий маневр: Мейлер вел «серьезные» беседы с Гинзбергом перед камерой о поэзии и литературе.

Этим методом получения широкой и бесплатной телевизионной рекламы стали пользоваться все рок-группы и концертные продюсеры, последовавшие примеру Гинзберга. Магнаты электронных средств проявляли щедрость, когда надо было дать бесплатное эфирное время этим грязным червеобразным существам и их еще более грязным произведениям и гнусным идеям. Без рекламы этих жутких грязноязычных «альбомов», без щедрой помощи печатных и электронных средств массовой информации, торговля наркотиками не смогла бы распространиться так быстро, как это было в конце шестидесятых и начале семидесятых годов, и вероятно, она была бы ограничена несколькими малыми местными районами.

Гинзбергу удалось выступить в нескольких телепередачах, транслировавшихся на всю страну, где он превозносил достоинства ЛСД и марихуаны под прикрытием «новых идей» и «новой культуры», развивающихся в мире искусства и музыки. Не уступая электронным средствам массовой информации, поклонники Гинзберга писали пылкие статьи об «этом ярком человеке» в колонках по искусству и светской жизни всех самых крупных газет и журналов Америки. Никогда еще в истории газет, радио и телевидения не было такой широковещательной рекламной кампании, на которую ее вдохновители из «Заговора Водолея», НАТО и «Римского клуба» не затратили ни копейки. Это была абсолютно бесплатная реклама ЛСД, только слегка замаскированная под видом «искусства» и «культуры».

Один из самых близких друзей Гинзберга Кенни Лав (Kenny Love) опубликовал в «Нью-Йорк таймс» статью на пять страниц. Методология Тавистока и Стэнфорда гласит следующее: если необходимо разрекламировать что-то такое, что общественность еще не полностью приемлет вследствие недостаточной промывки мозгов, то следует заказать статью, раскрывающую все аспекты данного вопроса. Другой метод состоит в организации телевизионных ток-шоу в прямом эфире, в которых группа экспертов рекламирует продукты или идеи под видом их «обсуждения». Участники шоу демонстрируют различные точки зрения, сторонники и противники высказываются за или против. Когда все заканчивается, обсуждавшийся вопрос прочно застревает в сознании публики. В начале семидесятых годов это было новинкой, сегодня это стандартная практика всех процветающих ток-шоу.

Пятистраничная статья Лава, восхваляющая ЛСД и Гинзберга, незамедлительно была напечатана в «Нью-Йорк таймс». Если бы Гинзберг попытался купить такую же площадь в рекламных полосах газеты, это стоило бы ему не менее 50 000 долларов. Но у Гинзберга не было ни малейшего повода для беспокойства; благодаря своему другу Кенни Лаву Гинзберг получил широкую рекламу совершенно бесплатно. С помощью таких газет, как «Нью-Йорк таймс» и «Вашингтон пост», находящихся под контролем Комитета 300, этот вид бесплатной рекламы применяется для любого вопроса, особенно если нужно внедрить в общество декадентский стиль жизни – наркотики, гедонизм – все, что может сбить с истинного пути американский народ. После пробной попытки с Гинзбергом и с ЛСД стандартной практикой Комитета 300 стало обращение к главным газетам США с требованием предоставить бесплатную рекламу тем людям и идеям, которые они внедряют в общество.

Хуже того – или лучше (это зависит от точки зрения) – агенство печати «Юнайтед пресс» подхватило бесплатную рекламу Кенни Лава в пользу Гинзберга и ЛСД и передало ее по телексу в СОТНИ газет и журналов по всей стране под видом «новостей». Даже такие респектабельные журналы как «Харперс Базар» и «ТАЙМ» представили Гинзберга как человека достойного внимания и уважения. Если бы такая общенациональная реклама была предоставлена Гинзбергу и распространителям ЛСД рекламными агентствами, то общие затраты на нее составили бы по меньшей мере один миллион долларов в ценах 1970 года. Сегодня же эта цена была бы не менее 15–16 миллионов долларов. Не удивительно, что я называю средства массовой информации «шакалами».

Я предлагаю вам попробовать найти какой-нибудь канал массовой информации, посредством которого можно было бы предать огласке материалы о Федеральной резервной системе США (ФРС). В свое время я предпринял такую попытку. Я предлагал свою статью, которая представляла собой убедительное разоблачение величайшего на свете мошенничества, всем крупным газетам, телевизионным каналам, радиостанциям, журналам, а также ведущим нескольких ток-шоу. Некоторые из них давали обнадеживающие обещания – «дайте нам примерно неделю, и мы свяжемся с вами». Естественно, никто со мной не связался, а статья так и не появилась на страницах газет и журналов. Было такое ощущение, что на меня и на проблему, которую я пытался осветить, наброшено покрывало молчания, что и было на самом деле.

Без истошной истерии средств массовой информации и без практически круглосуточной рекламы хиппово-битниковый культ рок-музыки и наркотиков никогда не прижился бы в обществе; он так и остался бы на уровне маргинального бреда. «Битлз» со своими бренчащими гитарами, идиотскими выражениями, наркотическим жаргоном и дурацкими нарядами никогда бы не поднялись выше уровня уличных клоунов. Но вместо этого пропаганда «Битлз» в средствах массовой информации доходила до уровня «точки насыщения», в результате чего США переживали один культурный шок за другим.

Люди, скрытые в мозговых центрах и исследовательских институтах, чьи имена и лица известны лишь очень узкому кругу, позаботились о том, чтобы пресса сыграла свою роль. И наоборот, важная роль средств массовой информации в сокрытии сил, стоящих за будущими культурными потрясениями, гарантирует, что источник кризиса никогда не будет обнаружен. Так наше общество приведено в состояние безумия с помощью психологических шоков и напряжений.

«Доведенные до безумия» – выражение, взятое из тавистокского практического пособия. Скромно начав в 1921 году, Тависток в 1966 году оказался готовым начать мощную и необратимую культурную революцию в Америке , которая не закончена и до сих пор. «Заговор водолея» – ее составная часть. Считалось, что после такой обработки страна вполне созрела для распространения наркотиков в масштабах, сопоставимых с эпохой «сухого закона», причем на этом планировалось сделать огромные деньги. Это тоже было неотъемлемой частью «Заговора водолея».

Распространение наркотиков было одной из проблем, изучавшихся в «Исследовательском центре научной политики» при Суссекском университете в Тавистоке. Он был известен как центр «шоков будущего» – это название особой «психологии, ориентированной на будущее», предназначенной манипулировать целыми группами населения, чтобы вызвать у них «шоки будущего». Это было первое из нескольких подобных учреждений, созданных Тавистоком.

«Шоки будущего» представляют собой серию событий, которые происходят так быстро, что человеческий мозг оказывается не в состоянии осмысливать информацию. Как я указывал ранее, наука продемонстрировала, что сознание имеет четкие пределы осмысления как в отношении количества изменений, так и в отношении их природы. После серии непрерывных шоков целевая группа населения входит в такое состояние, когда ее члены больше не желают делать выбор в меняющихся обстоятельствах. Ими овладевает апатия, которой часто предшествуют бессмысленные насилия, наподобие лос-анжелесских войн уличных банд, серийных убийств, изнасилований и похищений детей.

Такая группа становится легко управляемой, она будет без сопротивления подчиняться любым приказам, что и является целью такой обработки. «Шоки будущего» по определению «Исследовательского центра научной политики», «представляют собой физический и психологический надлом, возникающий вследствие перенапряжения той части человеческого сознания, которая отвечает за принятие осмысленных решений». Это – тавистокский жаргон, взятый непосредственно из тавистокских практических пособий, которые я получил без их ведома.

Подобно тому, как в перегруженной электрической сети перегорает предохранитель, точно так же перегорают «предохранители» и у людей. Медицина только начинает приближаться к пониманию этого синдрома, хотя Джон Роулинг Риз проводил эксперименты в этой области еще в двадцатых годах. Установлено, что у обработанной целевой группы «предохранители» готовы «перегореть», и члены этой группы начинают употреблять наркотики как средство избежать постоянной необходимости делать осмысленный выбор. Вот отчего употребление наркотиков так быстро распространилось среди американского «бит-поколения». То, что началось с «Битлз» и бесплатных пробных доз ЛСД, переросло в наркотическое цунами, захлестнувшее Америку.