Комитет 300

автор - Джон Колеман
Сейчас наркоторговля несколько изменилась в том плане, что значительная часть североамериканского рынка занята не столь дорогим кокаином. В шестидесятые годы героиновый поток из Гонконга, Ливана и Дубаи угрожал затопить США и Западную Европу. Когда спрос превысил предложение, было решено переключиться на кокаин. Но сейчас в конце 1991 года наблюдается обратная тенденция; сегодня на первом месте вновь героин, хотя среди менее обеспеченных слоев кокаин продолжает пользоваться бешенной популярностью.

Как говорят, героин более удовлетворяет наркоманов; его действие сильнее и продолжается дольше, чем у кокаина, и к производителям героина международное внимание не столь велико, как к колумбийскими кокаиновым картелям. Также маловероятно, что США предпримут реальные усилия для прекращения производства опиума в «золотом треугольнике», который находится под контролем китайской армии; разразится серьезная война, если какая-нибудь страна попытается воспрепятствовать торговле опиумом. Серьезная атака на торговлю опиумом повлекла бы военное вмешательство Китая.

Британцы знают это; они никогда не ссорятся с Китаем, за исключением случайных перебранок о том, кто получит большую долю «пирога». Британия уже более двух веков участвует в китайской опиумной торговле. Никто не будет так глуп, чтобы раскачивать лодку, когда миллионы и миллионы долларов текут на счета британских олигархов, и на рынке Гонконга золота продается больше, чем на лондонском и нью-йоркском рынках вместе взятых.

Те люди, которые искренне полагают, что они могут прийти к какому-то соглашению с каким-нибудь мелким китайским или бирманским наркобароном в холмах «золотого треугольника», по-видимому совершенно не представляют себе, что за всем этим стоит. Если бы они знали это, они бы даже не заикались о прекращении торговли опиумом. Разговоры на эту тему демонстрируют лишь незнание масштабов и сложного характера китайской опиумной торговли.

Британские плутократы, русский КГБ, ЦРУ и банкиры США – все работают рука об руку с Китаем. Может ли один человек остановить или хотя бы нанести малый ущерб этой торговле? Было бы абсурдно вообразить это. Что такое героин и почему его сегодня предпочитают кокаину? Согласно известному авторитету в этом вопросе профессору Галену, героин – производное опиума, наркотик, который притупляет чувства и вызывает длительный сон. Это и любят большинство наркоманов, это называется «быть в объятиях Морфея». Опиум вызывает наибольшее привыкание из всех наркотиков, известных человеку. Многие фармацевтические средства содержат опиум в различных степенях, и считается, что бумага, используемая в производстве сигарет, сначала пропитывается опиумом, вот почему курильщики так сильно привержены своей привычке.

Маковое семя, из которого получают опиум, давным-давно было известно Моголам Индии, которые смешивали его с чаем и предлагали трудным собеседникам. Он также употреблялся как обезболивающее средство, которое широко заменяло хлороформ и другие анестетики прошлых лет. Опиум был популярен во всех фешенебельных клубах викторианского Лондона и не секрет, что братья Хаксли интенсивно его употребляли. Члены орфически-дионисийских культов Эллады и культов Озириса-Гора птолемеевского Египта, которые входили в викторианское общество, все курили опиум, поскольку «так было принято».

Так же поступали и те, кто встретились в отеле св. Эрмина в 1903 году, чтобы решить, в каком мире мы должны жить. Потомков тех, кто участвовал в сборище в отеле св. Эрмина сегодня можно найти в Комитете 300. Именно эти так называемые лидеры вызвали такие изменения в окружающей среде, которые привели к распространению наркотиков до такой степени, когда их уже не остановить с помощью обычных методов правоохранительных и силовых органов. Это особенно верно для больших городов, где при большом населении легко скрыть то, что происходит.

Многие в королевских кругах регулярно употребляли опиум. Одним из их фаворитов был писатель Куденхоув-Калерги (Coudenhove-Kalergi), написавший в 1932 году книгу «РЕВОЛЮЦИЯ ЧЕРЕЗ ТЕХНОЛОГИЮ», которая представляла собой программу возвращения к миру средневекового общества. Эта книга фактически стала рабочим материалом для планов Комитета 300 по всемирной деиндустриализации, начиная с США. Утверждая, что перенаселение является серьезной проблемой, Калерги советует вернуться к тому, что он назвал «открытые пространства». Не звучит ли это наподобие того, что провозглашали «красные кхмеры» и Пол Пот? Вот несколько отрывков из этой книги.

«Своей инфраструктурой город будущего будет напоминать город Средних Веков…, и тот, кто не обречен жить в городе из-за своей профессии, переедет жить в сельскую местность. Наша цивилизация – это культура большого города; поэтому она представляет собой „болото“, порожденное дегенеративными, болезненными и упадочными людьми, которые вольно или невольно оказались в этом тупике жизни». Не перекликается ли это с тем, что дал нам «Анкарват» (AnkarWat) как «его» обоснование для сокращения населения Пном Пеня?

Первые партии опиума были завезены в Англию из Бенгалии в 1683 году на «чайных клиперах» «Британской ост-индской компании». Опиум завезли в Англию для пробы, для эксперимента, чтобы посмотреть, можно ли пристрастить к этому наркотику простой народ – крестьян и низшие классы. Сегодня это называется «пробным маркетингом» нового продукта. Но английские крестьяне и так называемые «низшие классы» оказались крепкими орешками, и эксперимент с пробным маркетингом закончился полным провалом. «Низшие классы» британского общества решительно отвергли курение опиума.

Плутократы и олигархи высшего общества Лондона стали искать рынок сбыта, который был бы более податливым и восприимчивым. Такой рынок они нашли в Китае. В документах, которые я изучал в «Индийском офисе» в разделе «Прочие старые записи», я нашел все подтверждения того, что опиумная торговля в Китае началась с создания «Китайской внутренней миссии», финансируемой «Британской ост-индской компанией». Миссия эта внешне представляла собой общество христианских миссионеров, но на деле это были «рекламные агенты», занимавшиеся продвижением нового продукта, т. е. ОПИУМА, на рынке.

Позже это еще раз подтвердилось, когда я получил доступ к документам сэра Джорджа Бердвуда в «Индийском офисе». Вскоре после того, как миссионеры из «Китайской внутренней миссии» начали раздавать пробные пакетики и показывать кули, как надо курить опиум, в Китай стали прибывать огромные партии этого наркотика. Даже «Битлз» не справились бы с этой задачей лучше. (В обоих случаях наркоторговля производилась с санкции британской королевской семьи, которая открыто поддерживала «Битлз».) Хотя планы «Британской ост-индской компании» в Англии провалились, они увенчались полным успехом в Китае, где миллионы бедняков находили в курении опиума средство, чтобы на время убежать от жалкой безысходности.

Опиумные притоны стали расти по всему Китаю как грибы, и в больших городах, таких как Шанхай или Кантон, для сотен тысяч бедных китайцев жизнь после трубки опиума начинала казаться более сносной. «Британская ост-индская компания» более 100 лет имела полную свободу действий, пока китайское правительство не начало понимать, что происходит. Только в 1729 году были приняты первые законы против курения опиума. Триста членов правления БОИК были от этого не в восторге, и вскоре Компания начала открытую конфронтацию с китайским правительством.

Компания вывела сорта мака, дававшие опиум высшего качества, которые выращивались на маковых плантациях в Бенаресе и Бихаре в бассейне Ганга в полностью контролируемой британцами Индии. Этот опиум продавался по самой высокой цене, в то время как опиум более низкого качества из других областей Индии стоил дешевле. Пытаясь сохранить этот сверхприбыльный рынок, британская корона начала военные действия против китайских войск и нанесла им поражение. Аналогично американское правительство якобы ведет непрерывную войну против современных наркобаронов и, как китайцы, постоянно терпит поражение. Здесь есть, однако, существенное различие: китайское правительство боролось с целью одержать победу, в то время как правительство США совершенно не желает победы. Становится понятным, почему в Агентстве по борьбе с наркотиками такая высокая текучесть кадров.

Впоследствии опиум высокой степени очистки стал прибывать из Пакистана через Макру на безлюдные берега страны, откуда корабли перевозили груз в Дубаи, где его обменивали на золото. Это частично объясняет тот факт, что сейчас героин более популярен, чем кокаин. Торговля героином – это более «приличный» бизнес, здесь не убивают высших государственных деятелей, что стало почти рядовым событием в Колумбии. Пакистанский опиум продается гораздо дешевле, чем опиум из «золотого треугольника» или «золотого полумесяца» (Иран). В результате этого резко возросли производство и продажа героина, который начал вытеснять кокаин с лидирующих позиций.

О грязной торговле опиумом в высших кругах британского общества в течение многих лет говорили, как о «позоре империи». Сказки о мужестве солдат на перевале Хибер оттесняли на задний план широкомасштабную опиумную торговлю. Части британской армии были размещены на перевале Хибер для защиты караванов с сырым опиумом от набегов местных горных племен. Знала ли об этом британская королевская семья? Наверняка знала, иначе что могло бы заставить корону держать армию в этом регионе, который не мог дать ничего, кроме сверхприбыльной опиумной торговли. Содержать армию в далекой стране было очень дорого. Её величество королева наверняка спрашивала, зачем туда были направлены войска? Конечно же не затем, чтобы играть там в поло или бильярд.

«Британская ост-индская компания» весьма ревниво оберегала свою монополию на опиум. Расправа с потенциальными конкурентами была короткой. На одном примечательном судебном процессе 1791 года некоему Уоррену Хастингсу было предъявлено обвинение в том, что он помог своему другу заняться опиумной торговлей в ущерб Компании. Подлинный текст приговора, который я нашел в материалах дела, хранящегося в «Индийском офисе», дает некоторое представление о гигантских масштабах опиумной торговли: «Обвинение состоит в том, что Хастингс заключил контракт на поставку опиума на четыре года со Стивеном Сулливаном, не объявив об этом открыто, на условиях явно очевидных и беспричинно щедрых с целью НЕМЕДЛЕННОГО И БЫСТРОГО ОБОГАЩЕНИЯ указанного Стивена Сулливана» (выделено автором).

Поскольку «Британская ост-индская компания» вместе с британским правительством обладали монополией на опиумную торговлю, то сколачивать состояния в мгновение ока было позволено только «знати», «аристократам» – плутократам и олигархическим семьям Англии, многие потомки которых являются членами Комитета 300, так же как их предки заседали в Совете Трехсот, который управлял «Британской ост-индской компанией». Случайные люди, как г-н Сулливан, вскоре входили в конфликт с интересами короны, если они осмеливались войти в опиумный бизнес, приносивший многие миллиарды фунтов стерлингов.

Почтенные господа из совета БОИК, который насчитывал 300 человек, являлись членами всех известных джентльменских клубов Лондона, а также в большинстве своем являлись членами парламента, в то время как другие как в Индии, так и в Англии занимали судейские и магистратские должности. Для прибытия в Китай требовались паспорта Компании. Когда в Китай прибыло несколько настырных господ для расследования участия британской короны в сверхприбыльной торговле, подконтрольные БОИК магистраты немедленно аннулировали их паспорта, и те так и не смогли въехать в Китай.

Трения с китайскими властями были обычным делом. В 1729 году китайцы приняли закон «Указ Юнг Чинь», запрещающий импорт опиума, и тем не менее Компании удавалось сохранять опиумную позицию в китайских таможенных реестрах до 1753 года, причем пошлина составляла три таэля за стандартный ящик опиума (обычно 108 фунтов). Британская специальная секретная служба («агенты 007» того времени) следила за тем, чтобы неудобные китайские чиновники были подкуплены, а если это не удавалось, их попросту убивали.

Каждый британской монарх с 1729 года получал огромные выгоды от наркоторговли, и это также справедливо в отношении правящей ныне коронованной особы. Их министры следили за тем, чтобы богатство рекой текло в их фамильные сокровищницы. Одним из таких министров королевы Виктории был лорд Пальмерстон. Он жестко придерживался того мнения, что не следует допускать ни малейшей возможности прекращения британской опиумной торговли в Китае. План Пальмерстона состоял в том, чтобы поставлять китайским правящим кругам столько опиума, чтобы отдельные члены китайского правительства стали лично заинтересованы в расширении торговли. Затем предполагалось прекратить поставки, а когда китайское правительство будет поставлено на колени, их следовало возобновить, но уже по значительно более высокой цене, сохраняя таким образом монополию при помощи самого же правительства, но план этот провалился.

Китайское правительство ответило тем, что уничтожило крупные партии опиума на складах Компании, а от английских торговцев потребовали подписать ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ договора о прекращении поставок опиума в Кантон (Гонконг). «Британская ост-индская компания» в ответ поставила на рейде в Макао целый флот доверху нагруженных опиумом кораблей. Затем этот опиум начали продавать подконтрольные БОИК компании, а не индивидуальные торговцы. Китайский уполномоченный комиссар Лин заявил: «Огромные количества опиума скопились на борту английских кораблей на рейде в Макао, и этот опиум уже не будет возвращен туда, откуда он прибыл. Я не удивлюсь, если начнется его контрабанда в Китай под американским флагом». Пророчество Лина оказалось на удивление точным.