Оккультные войны НКВД и СС

автор - Антон Иванович Первушин

Немец, родившийся в Германии, Евгений Карлович Тегер ребенком переехал с родителями в Россию. В 1905 году подростком он принял участие в декабрьских боях в Москве на стороне анархистов, был сослан в Якутию, вернулся по амнистии 1913 года в Москву, уже будучи мистиком. Поскольку Тегер оставался подданным Германии, после начала Первой мировой войны в августе 1914 года он был интернирован в Вятку, где и встретил революцию. После октябрьского переворота 1917 года Тегер сразу перешел на сторону советской власти, участвовал в гражданской войне. По окончании войны он снова вернулся в Москву, работал в Наркомате иностранных дел, был краткое время советским консулом в Кашгаре и в Афганистане, но самое главное, что к середине 20-х годов он успел познакомиться с большинством оккультных кружков Москвы и Ленинграда, и ни один из них его не удовлетворил.

Вот как описывал Белюстин свое знакомство с Тегером и попытку начать совместные работы по практическому оккультизму: "С Тегером я познакомился впервые осенью 1923 г. через Ф. П. Веревина у него на квартире в Москве. Веревиным и Тегером мне было сделано предложение принять участие в мистических работах по теории и практике западного и восточного оккультизма... Предложение Тегера и Веревина я принял, и до начала 1925 г. мы встречались втроем и занимались мистическими вопросами до тех пор, пока между нами не произошел разлад по вопросу изучения оккультизма. Я тогда вышел из группы Тегера-Веревина и все последующие новости о деятельности Тегера по мистической линии в Москве знал со слов Ф. П. Веревина".

Знакомство с Белюстиным утвердило Тегера в необходимости "восстановить древнее посвящение", то есть попытаться овладеть тайными знаниями средневековых розенкрейцеров. В отличие от Белюстина, он относился к магии как к практической науке, будучи скорее атеистом, чем теистом, и с пренебрежением относился к теоретическим знаниям, которые для розенкрейцеров считались обязательными.

Такой прагматичный подход к мистическим таинствам не мог не оттолкнуть от него Белюстина. Но Тегер уже нашел единомышленника - способного молодого метеоролога Вадима Чеховского.

Чеховский на собственный страх и риск вел эксперименты по передаче мысли на расстояние и уже сделал несколько докладов об этом на заседаниях научной комиссии института мозга в Ленинграде. Благосклонные отзывы специалистов Института вдохновили Чеховского, и он предпринял попытку открыть в Москве филиал комиссии Института мозга с привлечением лучших научных сил столицы. Для этой цели Чеховский, который жил на Малой Лубянке, вместе с Тегером арендовали у домкома обширный подвал, где и разместилась их так и не разрешенная официально лаборатория.

Замысел экспериментаторов был достаточно прозрачен. Комиссия должна была стать легальным прикрытием их деятельности. На самом же деле в подвале начала работать небольшая засекреченная группа в области практического оккультизма. Цель была та же, что и у розенкрейцеров Белюстина: восстановление древнего посвящения путем овладения астральными планами и подчинением себе элементалей. По словам самого Чеховского, в их организации существовало девять степеней посвящения:

"1-я - научное исследование метапсихических явлений, выражавшихся, главным образом, в работах по передаче мыслей на расстояние и работе по ясновидению;

2-я - слушание курса арканологии и начало оккультной тренировки;

3-я - оккультная магическая практика, изучение магии;

4-я - центр "Эмеш Редевивус", не претендующий на достижение полноты оккультных возможностей;

5-я - то же после создания подходящей базы для серьезной оккультно-магической работы в течение ряда лет;

6-я - то же по достижении некоторых результатов и после начала строительства мирового оккультного магического центра на собственной территории в СССР или за границей;

7-я - мировой оккультно-магический центр, овладевающий полностью астральным планом;

8-я - то же при полном овладении ментальным планом;

9-я - то же при полном овладении божественным планом.

Все эти девять ступеней делились на три группы по три последовательные ступени в каждой по признаку:

первая группа - периферия,

вторая - центр (Эмеш Редевивус) как орудие для создания мирового оккультного центра, обладающего полнотой оккультного знания и реализационных возможностей;

третья группа мирового оккультного магического центра, владеющего этими возможностями и обслуживающего ими культурный прогресс и человечество...

В нашей организации существовало четыре степени. В первую степень входили лица, не знавшие о существовании организации. Во вторую степень входили лица, которые при прохождении курса начинали подозревать существование неизвестной оккультной организации с магическим уклоном. В третью степень входили лица, знавшие о существовании организации и получавшие некоторые понятия о ее целях, но не знавшие ни наименования, ни строения, ни основных положений организации. В четвертую степень входили лица (только мужчины), знавшие наименование и цели организации и имевшие право знакомиться со всеми материалами, которыми располагала организация, причем за каждым членом этой степени не оставалось права личного владения материалом и сведений, относящихся к другим подобным организациям, если они предварительно имели с ними дело".

Для проведения экспериментальной работы членами общества организовывались сборы дикорастущих магических и лекарственных трав в Московской области, планировалось их выращивание на плантациях и проводились эксперименты в области галлюциногенных препаратов, ароматов, мазей и так далее.

Подвал, помещавшийся на Малой Лубянке, был тоже выбран совсем не случайно. Как показывал на очной ставке с Чеховским его ближайший сотрудник по оккультной практике Преображенский, "когда я в первый раз был приведен в подвал дома N16 по ул. Малая Лубянка вместе с руководителями организации Тегером и Чеховским и спросил их, почему для работы избрано такое неблагоустроенное помещение, то получил ответ, что подвал, во-первых, находится в центре города, во-вторых, он расположен рядом с подвалами ОГПУ, где проливается кровь расстреливаемых, а, как известно, кровью умерших питаются лярвы, создающие царство мрака и тьмы, которое должно быть разрушено токами света от магических операций в генераторе подвала..."

Однако все это очень скоро закончилось. По совершеннейшей случайности органы ОГПУ в феврале 1928 года арестовали Чеховского и Тегера, а вместе с ними и еще два десятка молодых людей. Оба руководителя были сосланы на Соловки, откуда Тегер по болезни был переведен в Среднюю Азию, а Чеховский, пытавшийся возглавить массовый побег заключенных, был расстрелян в октябре 1929 года.

* * *

Арест Тегера и Чеховского, а вместе с ними и других розенкрейцеров, связанных с Белюстиным, казалось, должен был задеть "орионийцев", но в этот раз все обошлось благополучно. Московский Сен-Жермен оправдал свою репутацию могучего мага: продержав Белюстина три месяца на Лубянке, ОГПУ отпустило его на свободу. Нет сведений, что он был завербован Государственным политическим Управлением, поэтому трудно сказать, что же ему тогда помогло. Возможно, Белюстина спасло то, что он в свое время отказался лично знакомиться с Чеховским и его сообщниками. Тегер же был опытным конспиратором и Белюстина в своих показаниях не упоминал. Молчал о Белюстине и Веревин, привлекавшийся в качестве свидетеля по делу Тегера и Чеховского. В результате органы ОГПУ не трогали Белюстина и его розенкрейцеров до весны 1933 года - на протяжении семи лет (!). Чем же они в это время занимались?