Древний мир

Непознанное

Космос

Возвращение богини Тефнут в Египет

У солнечного бога Ра была любимая дочь — богиня Тефнут. В разных обличьях представала Тефнут в природе и перед людьми. Ее почитали как Сохмет — грозную богиню войны, а в другом случае ее звали Хатор или Хатхор, и она представала богиней пляски и веселья. Много разных легенд рассказывали об этой богине, и часто говорилось о том, как она побеждает чудовищ — врагов отца-Солнца, либо наказывает людей за неповиновение божественному царю. В облике божественного Ока — Уджат — она следит за проявлением в мире добра и зла, за тем, чтобы все шло, подчиняясь божественному предначертанию и закону.

Счастливо жили люди во время золотого века. Бог воздуха Шу собирал дождевые тучи, богиня влаги Тефнут поливала пашни, щедрый Хапи — бог Нила удобрял поля, а великий Ра согревал землю своими лучами. Всем казалось, что жизнь всегда будет такой радостной и сытой. Откуда было людям знать, что уже в недалеком будущем на них обрушатся величайшие бедствия — засуха и мор.

А причиной этому послужила ссора, неожиданно вспыхнувшая между Тефнут и Ра.

В то время солнечный бог Ра еще жил на земле и был царем Египта. Тефнут жила вместе с отцом. Была Тефнут своенравной и гордой богиней.

Любила гордая богиня дождя принимать от людей жертвенные дары и слушать хвалебные песнопения. Но вдруг однажды на холме Бен-Бен, в храме солнца, зазвучала громкая музыка. Это земледельцы благодарили лучезарного бога Ра за свет и тепло, которое он дарит Черной Земле.

Помрачнело лицо Тефнут. Ей показалось, что египтяне гораздо больше почестей воздают солнечному богу.

— Как же так! — солнце иссушает почву, и, если б не мои дожди, ни одно зерно, брошенное под соху, не проросло бы.

— Ты не права, — возразил ей бог солнца Ра, услышав ее слова. Посмотри на землю: по всей реке люди построили плотины и оросительные каналы. Они сами питают поля водой, даже если нет дождя. Но что бы они делали без моих лучей?

Так сказал Ра, и обиделась богиня:

— Если мои дожди никому не нужны, я навсегда покину землю Та-Кемет!

И вот обратилась Тефнут в львицу и ушла от Ра в Нубию, в далекую страну Бугем.

В образе львицы бродила она по пустыне, в ярости убивала людей, и кровь ее жертв наполнила все ущелья. Из глаз ее извергалось пламя, дыхание ее пасти было как огонь, и сердце ее пылало от гнева. Никогда не покидала она пустыни и уже совсем забыла Египет, родину своего отца Ра.

Солнце между тем палило все сильней, и вскоре сухая жара сделалась совсем невыносимой. Густой слой пыли покрыл сады, огороды, крыши домов. Плодовые деревья ссохлись и стали теперь словно мумии со скрюченными руками-сучьями.

Пожелал Ра вернуть Тефнут из Нубии, чтобы снова иметь ее близ себя. Тосковал Ра без дивного Ока своего. Тефнут была любимой дочерью Ра, и при виде ее сердце его охватывала радость.

Долго думал Pa, кого послать за дочерью в Нубию и наконец выбор его пал на бога мудрости и письма Тота.

Тот славился своей хитростью и ловкостью, и мог он волшебными словами помочь привести Тефнут в Египет. А без колдовства и без помощи волшебных сил нельзя было укротить грозную богиню.

Принялся бог за дело. Обратился Тот в павиана и отправился в Нубию на поиски богини. Он пересек воды Кенем и нашел Тефнут, которая охотилась в пустыне на юге в дальней стране Бугем.

Недружелюбно встретила львица бога. Она подняла хвост и свирепо зарычала на павиана. Прекрасна и грозна была в своем гневе богиня. Шерсть ее блестела и переливалась на солнце.

— Здравствуй, могучая львица! Ра и все боги пребывают в великой печали, ибо ты покинула Та-Кемет. Выслушай же мой совет: не держи в сердце гнева, забудь свою обиду и вернись домой…

— Убирайся прочь, ничтожный павиан! — зарычала Тефнут. — Я не желаю тебя слушать. Уходи, или я растерзаю тебя в клочья!

Понял Тот, что против ярости богини все разумные доводы бесполезны. «Кто очень силен, часто бывает очень глуп, — подумал он про себя. — А глупый охотно принимает любую льстивую ложь!.. Есть у меня хитрость и ум против твоих острых клыков и когтей…»

— Не трогай меня, о львица! — произнес он вкрадчиво. — Я знаю, что ты самая могущественная из богинь!.. Но объясни мне: почему ты, такая сильная, боишься меня — маленькую слабую обезьянку? Почему ты испугалась? Я не понимаю этого.

— Я?!. Тебя?!. Боюсь?.. — удивилась львица.

— Но, богиня, рассуди сама! Если попадает в дом человека скорпион, человек сразу спешит убить его. Потому что, хотя человек и сильней скорпиона, он все-таки боится его: боится, что скорпион его ужалит… Или змея: она боится, что ей причинят зло, и нападает на всех, кто подойдет близко, даже на безобидных коров и лошадей. И большая корова боится маленького слепня и убивает его хвостом, едва тот сядет ей на спину… И только владыка зверей лев, — вот кто воистину могуч! — если к его логову случайно приблизится шакал или обезьяна, он даже не взглянет на них; если он дремлет, то даже не подумает проснуться, услышав шум. Потому что он не знает страха. Ему не нужно убивать, чтобы доказать свое могущество. Убивает только тот, кто не уверен в своей силе и потому боится.

И стыдно стало Тефнут, когда услышала она слова павиана.

— Знай же: я не боюсь тебя, слабая обезьяна! Клянусь, я не трону тебя, потому что я — самая могущественная из богинь, и ты нисколько мне не страшен!

Поднял Тот кверху лапы и начал уговаривать ее отправиться с ним в Египет. Он говорил о красоте страны ее отцов, о прекрасном Ниле, дающем радость, обо всех чудесах «та мери» — «возлюбленной земли» (так называли египтяне свою страну).

— Вместо бесплодной пустыни, где ты обитаешь, — говорил Тот, — ты попадешь в страну, которая благодаря тебе будет цветущей: с великой многоводной рекой, с зелеными лугами, с многолюдными городами и селениями. Для тебя построят храм, — продолжал он, — и люди будут чтить тебя. Тебе не нужно будет совершать разбойничьи набеги на зверей и людей, чтобы добыть себе еду. Ежедневно будут приносить тебе в жертву газелей и антилоп, горных козлов и дичь пустыни. Каждый день тебе будут доставлять вино, и от глотка его печаль будет уходить из твоего сердца. Никогда не прекратятся музыка, пение и пляска в твою честь.

Тефнут, поначалу не желавшая слушать Тота, была растрогана его красноречием. И вот тогда хитрый Тот предложил богине-львице чашу вина и великолепное благоухающее кушанье — убитую газель, приготовленную особым образом, так, как умели готовить только в землях Египта. Нараспев воздавал он ей похвалу.

— Ради твоего прекрасного лика, ради красоты твоего тела, ради взгляда, который светится радостью, возьми кушанье, о котором я говорил… Во всем мире нет пищи лучше…

Тот, хоть и выступал в скромном облике павиана, был настоящим льстецом и знал, как обуздать своенравную богиню.

Тефнут подошла к еде и испытала то, что испытывают, вкушая прекрасную пищу. Лицо ее посветлело, взгляд стал радостным. Она обернулась к Тоту, сияя.

И стал утихать гнев богини.

«Ты победила собственное сердце.
Поистине, из всего, что существует на свете,
Ничего не любят больше родной стороны,
То есть места, где ты родился.
Когда стареет крокодил,
Где б ни случилось это,
Приходит умирать он в водоем свой,
Ведь город то его родной».

Такие стихи читал Тот богине. Он рассказал о печали Египта, оставленного своей покровительницей:

— Какой мрак кругом. Твои музыканты касаются струн, но не звучат они под их пальцами, твои певцы печальны, твои возлюбленные в трауре. Стар и млад ждут твоего совета, владыки и вельможи всего мира надели траур по тебе. Хаос царит с тех пор, как ты бежала из Египта; твои праздники не отмечаются более. В твоих храмах не устраивают торжеств, мужчины печалятся, красивые женщины уже не смеются…

Возвращайся, богиня, в землю, где ждет тебя отец, а я обещаю служить тебе и защищать от всех врагов!

— Как ты — маленький, беспомощный павиан, сможешь защитить меня сильную богиню? — вскричала удивленная Тефнут.

— Выслушай меня, могущественная богиня. Тебе странными кажутся мои слова, но послушай, я расскажу тебе притчу о льве и мыши.

Случилось так, что однажды попалась под лапу льва мышь, с виду хилая и совсем маленькая. Лев хотел уже ее раздавить, но мышь взмолилась:

— Не дави меня, господин мой! Если ты меня съешь, мною ты все равно не насытишься. Если же отпустишь, голод твой не станет сильнее. Но зато, если ты подаришь мне спасение, я тоже когда-нибудь подарю тебе жизнь. Не причиняй мне зла, я когда-нибудь спасу тебя от беды.

Лев посмеялся над мышью и сказал:

— Что ты можешь сделать? Ведь нет никого на земле сильней меня, никто не может причинить мне зла!

Но мышь поклялась ему:

— Клянусь, что избавлю тебя от гибели, когда придет для тебя черный день!

Лев принял это за шутку, однако подумал: «Если я съем эту мышь, сытым я и вправду не стану…» И он отпустил ее.

Прошло время, и случилось так, что один охотник, который ловил зверей в западни, выкопал яму как раз на пути льва. Лев провалился в яму и попал в руки охотника. Опутал его охотник сетью и крепко связал сухими ремнями, а сверху опутал ремнями сыромятными.

И вот связанный лев лежал и горевал. Но судьба пожелала, чтобы шутка мыши стала правдой. Захотела судьба посмеяться над надменными словами льва, сказанными когда-то, и ночью привела к нему маленькую мышку.

Сказала тут мышь льву:

— Разве ты не узнаешь меня? Я та самая маленькая мышка, которой ты подарил жизнь. Я пришла, чтобы сегодня отплатить тебе тем же. Попал ты в руки человека, но я избавлю тебя от гибели. Нужно быть благодарным к тем, кто оказал тебе благодеяние.

И вот принялась мышь грызть путы льва. Она перегрызла все сухие ремни и все ремни сыромятные, которыми он был связан, и освободила его от пут. Потом мышь спряталась в гриве льва, и он в тот же час отправился с ней в горы, подальше от опасных охотников.

Подумай о маленькой мышке, самой слабой из всех жителей гор, и о льве, самом сильном из всех зверей, живущих в горах!

Даже самый сильный может быть повержен, а самый слабый придет к нему на помощь и спасет…

Такими словами окончил свой рассказ маленький павиан.

Засмеялась нубийская львица, возрадовалось сердце ее словам Тота. Лесть маленького павиана и его разумные речи подействовали на своенравную Тефнут, и обратила она лик свой к Египту.

Она уже собиралась торжественно объявить свое решение Тоту, уже открыла рот, как вдруг замерла, пораженная внезапной мыслью.

— Как! — закричала она, бледнея от злости. — Я ведь поклялась не возвращаться! Я не послушалась бы даже самого Ра, если б он пришел за мной, — и вдруг какой-то маленький ничтожный павиан сломил мою непреклонную волю! Да я сейчас растерзаю эту наглую обезьяну!

Вздыбила она гриву, издала рычание, от которого содрогнулась пустыня и приготовилась к прыжку.

Маленького павиана охватил страх, ужасный страх, при виде ее силы… Съежился он и стал похожим на лягушку.

— Богиня! — закричал он. — Вспомни о своей клятве! Ведь ты поклялась не причинять мне зла!

Тефнут в нерешительности застыла.

— Хорошо, павиан, — прорычала она после некоторого раздумья. — Очень жаль, но мне придется сдержать свое обещание. Однако не смей думать, что ты взял надо мною верх! Это не ты заставил вернуться меня в долину Нила. Я сама решила так!

— О да, великая богиня! — подтвердил Тот. — Разве может быть иначе? Разве кто имеет власть над такой могучей богиней как ты? Ты решила вернуться на родину, и я восхищаюсь твоей мудростью! Я пойду впереди и буду развлекать тебя песнями и плясками.

Он взял в руки лютню и шел перед ней, танцуя, чтобы она с весельем явилась перед Ра.

Так достигли они границы Египта.

Не как дикая львица, а как кроткая газель пришла из пустыни богиня Тефнут и увидела красоту страны, о которой ей рассказывал Тот.

Быстро распространилась по всему Египту весть о приходе Тефнут.

Красивые девушки с цветами в распущенных волосах, с тамбуринами и систрами[4] в руках вышли встречать радостное шествие. Жрецы играли на арфах и флейтах, они несли на плечах богатые жертвы; вино и гирлянды цветов подносили они богине; ее умастили благоухающим маслом и надели ей венок на голову.

Она омыла свое тело в озере Священного острова. И тогда превратилась львица в прекрасную юную деву Хатхор-Тефнут с сияющими глазами, с веселым лицом, с черными волосами, в деву с гордой осанкой, блистающую красотой.

Ра, узнав о возвращении дочери, пустился в пляс, и сердце его возрадовалось необычайно. Он почувствовал себя словно заново родившимся.

Увидел ее отец Ра, радостно заключил дочь в объятия и воскликнул: «Наконец-то ты пришла, и я обнимаю тебя, царица женщин, дочь моя любимая!»

В городе Филе, в первом месте, где остановилась богиня, был построен храм около святилища Исиды.

Отсюда процессия на судах поплыла вниз по Нилу. Девять дней длилось путешествие. И в каждом городе повторялась торжественная и радостная встреча богини — дочери Ра. Женщины пели и плясали, и вся страна ликовала и праздновала.

С приходом Тефнут кончилась засуха в Та-Кемет. Пошли дожди, и Нил разлился, напоив и удобрив иссохшую землю полей.

A Pa повелел считать праздником день прихода Тефнут в Египет и ежегодно устраивать торжества в честь его любимой дочери, его пламенного Ока.

С тех времен египтяне связывали окончание сухого периода года и разливы Нила с возвращением Тефнут на родину и отмечали особо эти дни.[5] В храмах богини разыгрывали целые священные представления-мистерии, в которых каждый раз снова изображался уход и возвращение Тефнут.

Тефнут была богиней добра и зла. Она могла смеяться от души, и сердце ее было сладостным. В это время она выступала в облике Хатхор — юной и прекрасной девы, богини музыки и танцев. Но могла она стать и гневной, как разъяренная львица, глаза ее могли наливаться кровью от гнева, извергая пламя на виновных, тогда ее называли Сохмет, отождествляя с грозной богиней мести. Тефнут-Сохмет — царица женщин и владычица злых духов, она украшала себя гирляндами цветов и красилась кровью своих жертв. Когда Тефнут-Хатхор утомляли пляски и музыка, влекло ее вновь в пустыню, и грозно рычала она в горах, и все дрожало от страха перед нею.

Художники изображали Тефнут-Сохмет в образе стройной женщины с головой львицы. На голове у нее диадема — круг со змеей. Это символ божественного Ока — Уджат.

Примечания:

4. Тамбурин — ударный музыкальный инструмент, напоминающий бубен. Систр — древний струнный музыкальный инструмент: состоял из дужки с ручкой, в дужке были просверлены отверстия, и через них протягивались три-четыре проволочки. Когда систр встряхивали, проволочки звучали.

5. Египтяне делили год на три равные части: ахет — «наводнение» начинался во время, соответствующее нашему июлю; перт — «прорастание» начало в ноябре; шему — «жатва» — период без дождей, начинавшийся в марте.


Вернуться к содержанию рубрики Древний Египет

Наша библиотека

Самое читаемое сегодня: