Вот еще один взгляд на существующую проблему. Надо сказать, что рассказ об остановке сердца, при котором можно сесть и ждать когда оно вновь забьется уже вызывает недоумение, но, тем не менее, выкладываем статью как  она была напечана в свое время в Томске

В ноябре 1982 года в результате нарушения обмена веществ из-за тяжелой болезни у меня произошла длительная остановка сердца. Вообще остановки сердечной деятельности у меня начались еще весной 1982 года, но поначалу они были непродолжительны, хотя постепенно увеличивались.
В тот момент, когда в очередной раз остановилось сердце, я был дома и, присев на постель, спокойно ждал, когда оно снова заработает. Но в этот раз сердце не заработало ни через 3- 4 секунды, ни через 5- 6, ни через 7- 8 секунд, как это было раньше. Примерно через 12-13 секунд после остановки сердца я потерял сознание. Наступила темнота, затем послышался шум сильного ветра, и я почувствовал, как мое тело налилось тяжестью, затем шум прекратился, и пришло ощущение свободного парения в пространстве. И тут же на меня стали стремительно надвигаться, как бы из глубины тоннеля прямоугольной формы, конец которого терялся где-то вдали, сменяя одна другую с громадной скоростью, картины моей жизни.
Оказывается, я помнил все, что со мной произошло очень давно, даже в раннем детстве. То, что казалось, я напрочь забыл, сейчас возникало, как на ярких, сочных слайдах. Меня поражало то, с какой частотой одна картина сменяет другую. Частота смены кадров в этом своеобразном „кино" составляла порядка несколько тысяч в секунду, причем процесс этот был строго дискретен: каждая картина воспринималась как отдельная, не смазанная и не связанная с предыдущей или последующей.

Кроме этого своеобразного тоннеля, образованного стремительно надвигавшимися на меня картинами моей жизни, на общем темном фоне появлялись и затем исчезали светлые, расплывчатые пятна. Неожиданно, в то мгновение, когда „вспыхнул" очередной кадр, высветивший одно из нескольких неблаговидных деяний, совершенных мною в течение жизни, я ощутил острый укол, но не болевой, т. к. своего тела я не чувствовал, а своеобразный укол совести, т. е. муки совести, спрессованные в один мгновенный импульс и поэтому настолько нестерпимый, что я невольно вскрикнул, - и это был крик души, а не крик тела, и никто, кроме меня самого, его не услышал.
Внезапно все это прекратилось, исчезло, я вновь услышал кратковременный шум, похожий на шум ветра, после ощущения свободного парения вновь появилась тяжесть, и затем я снова стал ощущать собственное тело. Судорожно вздохнув воздух, я открыл глаза и увидел, что лежу навзничь поперек постели.
Вот это, происшедшее со мной неординарное событие, каковым является состояние клинической смерти, и подвинуло меня к размышлению, в результате которого, анализируя и сопоставляя различные факты, попадавшие в поле моего зрения, я постепенно осознал, кто же такие люди, и какое место они занимают в мироздании.
По моим представлениям, одним из первичных носителей всемирного разума являются разумные биологические существа, а в нашем случае — люди, которые являются биоинформационными системами. Душа человека есть не что иное, как суперпозиционно-интерференционная биополевая структура, отображающая биологические процессы в организме человека, другими словами - устойчивый биоволновой пакет солитон-ного типа - биоволнор (биоволнар, биовэйвэр - БВ). После биологической смерти человека этот БВ переходит либо в фотонный (м/б даже фотонно-нейтринный), либо на фотонный уровень.
Поскольку фотоны могут существовать только в достаточно плотных материальных средах, то участь БВ, попавших на фотонный уровень, весьма незавидна - их места обитания в основном под поверхностью земли, в стенах зданий, в деревь-' ях. Это и есть те самые домовые, водяные, лешие и прочие „барабашки". А по религиозной терминологии это души умерших, попавших в ад.

продолжение