Древний мир

Непознанное

Космос

Государства Аккада и Ура

История Древней Месопотамии
Первые деспотии Месопотамии. Государства Аккада и Ура.

Мелкий придворный убитого Лугальзагеси царя Киша, по происхождению аккадец-простолюдин (по позднейшему преданию, он был подкидышем: мать пустила его, новорожденного, по Евфрату в тростниковой корзинке, его подобрали и воспитали при кишском дворе), возглавил часть кишцев и укрылся в незначительном городке Аккаде, объявив себя царем под именем Шаррум-кен (”Истинный царь», в традиционной современной передаче — Саргон, 2316-2261 гг. до н.э.). Саргон властвовал помимо каких-либо традиционных институтов, как харизматический сильный вожак, опираясь на всех, кто готов был ему служить.

К нему во множестве стекались рядовые жители Шумера, увидев перспективу возвышения, в которой им отказывало традиционное аристократическое общество. Саргон создал массовую легковооруженную, «народную» армию, включавшую мобильные отряды лучников; они имели большие преимущества перед неповоротливой тяжелой пехотой Шумера. Властная верхушка царства Саргона была построена как военно-служилая пирамида под единоличной неограниченной властью ее вождя — царя. Опираясь на эту преданную ему силу Саргон сначала захватил Верхнюю Месопотамию, а потом предложил союз, скрепленный династическим браком, Лугальзагеси; получив отказ, Саргон разгромил и казнил Лугальзагеси и после 34 битв завоевал весь Шумер. Затем его походы достигли Малой Азии, Кипра, Сирии, Элама и даже еще более отдаленных стран Южного Ирана. Империя Саргона (так называемая Аккадская держава, по названию столицы) с зависимыми владениями простерлась от оз. Туз и гор Тавра в Малой Азии до Белуджистана. По размерам ее никто не мог превзойти еще полторы тысячи лет, до Ахеменидов. Военнопленные пополняли число рабов и подневольных работников в государственном хозяйстве.

Держава Саргона, в отличие от всех предыдущих месопотамских государств, была централизованной деспотией. Храмовые хозяйства стали частью государственного; номы были лишены каких бы то ни было традиционных автономий и превратились в обычные провинции, которыми управляли чиновники царя. Советы старейшин и народные собрания перестали существовать как органы власти. Саргон и его преемники скупали, в «добровольно-принудительном» порядке, землю у общин по сниженным ценам, расширяя тем самым государственное хозяйство. Государственным языком династии Саргона был не только шумерский, но и а аккадский язык, что демонстрировало презрение династии к принципу «благородной традиции» во всех областях жизни.

Население в целом (кроме тех, кто успел попасть в военно-служилую массу) мало что выиграло от победы Саргона: межномовые войны и эксплуатация знати сменились не менее тяжелыми дальними походами и повинностно-податной эксплуатацией со стороны огромного государства. Уже в последние годы правления Саргона начались восстания знати, поддержанные народом (по преданию, сам Саргон должен был прятаться от бунтовщиков в сточной канаве).

Преемники Саргона подавляли восстания и в самом Шумере, и в дальних зависимых странах; его внук Нарамсуэн (2236 — 2200 г.) столкнулся с массовым восстанием по всей империи и, подавив его, провозгласил себя богом, вступив в конфронтацию уже и с храмом Энлиля в Ниппуре. Вслед за этим на Аккад с севера обрушились неизвестные до того северные «варвары» (по-видимому, это были полукочевые индоевропейцы из-за Кавказа), сплотив вокруг себя население части Армянского нагорья и Загроса. Нарамсуэн смог, после нескольких тяжелых поражений, нанести поражение «варварам», и их объединение развалилось; однако горцы-кутии (северо-восточные сосели Месопотамии), до того успевшие войти в это объединение, возобновили войну на свой страх и риск и захватили центральные районы Месопотамии; Нарамсуэн изгнал их, но и сам пал в войне с ними. Его преемник Шаркалишарри был в конце концов разбит кутиями, Аккадская держава распалась и племенной союз кутиев установил верховную власть над номами Нижней Месопотамии (ок. 2175 г.).

Страна была разорена: к гнету местных элит прибавился гнет иноземцев-кутиев, которым местные правители Шумера отправляли дань. Правители Лагаша сделали ставку на кутиев, пользовались их поддержкой и осуществляли от их имени определенную верховную власть над прочими номами. Этим Лагаш вызвал к себе в Нижней Месопотамии такую ненависть, что при освобождении от кутиев был жестоко разгромлен. Из лагашских царей кутийского времени известнее всего своими надписями и статуями Гудеа (2137-2117 г.). При нем было создано единое храмовое хозяйство бога Нингирсу и построен грандиозный храм этого бога, ради чего учредили специальный налог и ввели строительную повинность. Гудеа торговал с областями бассейна Инда и воевал с Эламом.

В кутийский период важные перемены произошли в Верхней Месопотамии, где с крахом аккадской власти под ударом кутиев образовался вакуум власти; этот вакуум был тут же, в середине — второй половине XXII в., заполнен проникновением сюда хурритов с севера и сутиев (сутиев-амореев) с юга. С тех пор они составили главное население Верхней Месопотамии; хурриты, в частности, ассимилировали субареев и унаследовали их наименование в месопотамских источниках.

Кутийское господство рухнуло под ударами всенародного восстания, поднятого рыбаком Утухенгалем, в 2109 г. Восставшие смели и местных правителей, восстановив централизованную державу под названием “Царство Шумера и Аккада”; государственным языком был только шумерский. Утухенгалю наследовал один из его соратников, Ур-Намму, перенесший столицу в Ур; его династия известна как III династия Ура. Ур-Намму (2106-2094 г.) и особенно его сын Шульги (2093-2046) превратили свою державу в нечто такое, чего Месопотамия не видела ни до, ни после их династии. Большая часть земли перешла к государству и образовала огромные централизованные хозяйства. Большая часть населения была обращена в подневольников рабского типа («гурушей», досл. «молодцев», и «нгеме», досл. «рабынь»), прикрепленных к этим хозяйствам и работавших там за пайки бригадами. В государственном хозяйстве трудились и собственно рабы-военнопленные, и наемные работники. Значительная часть всей этой рабочей силы жила в нечеловеческих даже по тому времени условиях в особых лагерях. Трудились без выходных, получая в день 1,5 л. ячменя на мужчину и 0,75 л. на женщину. Выдавалось немного растительного масла и шерсти. Работали весь световой день. Смертность в таких лагерях достигала иногда 25 процентов в месяц! Квалифицированные ремесленники, служащие, воины получали большие пайки. Представители чиновничества имели за службу наделы.

Меньшая часть земли составляла частно-общинный сектор, где шло массовое разорение и долговое закабаление (вплоть до рабства) общинников: богатые соседи и особенно чиновники державы концентрировали землю в своих руках и втягивали общинников в кабалу. Цари Ура пытались половинчатыми мерами остановить этот процесс, но безуспешно: он был неизбежной оборотной стороной их же собственной политики.

Цари Ура обожествляли себя и опирались на огромный бюрократический аппарат, необходимый для управления небывалым государственным хозяйством. О размахе бюрократии говорит тот факт, что менее чем за век существования чиновники III династии Ура обеспечили нас не меньшим количеством документации, чем вся остальная трехтысячелетняя история Месопотамии. При тогдашних средствах связи централизация хозяйства в таком масштабе была обречена на крайнюю неэффективность, и действительно, мы сталкиваемся с ожидаемыми картинами: в столице дефицит зерна, в то время как в мелком городке скопились его огромные запасы, и т.д.

Шульги создал новую идеологию, закрепленную в знаменитом «Царском списке» шумеров, сведенным при нем воедино; здесь царь сознательно фальсифицировал всю историю Шумера, представив его как неизменно единое государство под управлением череды последовательных династий, венчаемых его собственной. Централизовать и огосударствить правовые отношения были призваны судебники Ур-Намму и Шульги и введение последним царского суда с огромными полномочиями.

Шульги вел упорные завоевательные войны, прежде всего в горах на востоке (по-видимому, по инерции борьбы с кутиями). Держава Ура включала (с разной степенью подчинения) Верхнюю и Нижнюю Месопотамию, Сирию и часть Финикии с Библом, горы Загроса, Элам и даже некоторые районы, лежавшие к востоку от Загроса по направлению к Каспийскому морю (здесь подданными Ура стали приэламские «люди су» — восточные субареи). Верховную власть над царями и вождями на Востоке, особенно хурритскими и эламскими, приходилось поддерживать и новыми и новыми карательными походами, и династическими браками с местными династиями

Конец III династии Ура наступил внезапно. Сутии-амореи Сирийской степи, Среднего Евфрата и Верхней Месопотамии, и раньше иногда вступавшие в конфликт с властями державы, двинулись на ее центральные районы ок.2025 г. до н.э. Почти не обращая внимание на их наступление, последний царь Ура Иббисуэн бесконечными походами пытался привести к покорности Элам; амореев рассчитывали сдержать укреплениями, но безуспешно. Управление разваливалось, персонал государственных латифундий разбегался и делил землю на участки, амореи окружали города, отрезая их от внешнего мира. На юге Месопотамии начался голод. Иббисуэн пытался спасти от него столицу, послав в Иссин, где скопились запасы зерна, чиновника Ишби-Эрру, чтобы тот вывез его в Ур. Ишби-Эрра, взяв под контроль Иссин, рассудил, что у кого зерно, тот и царь, и объявил себя в Иссине царем (2017). Начался хаос: Ишби-Эрра, Иббисуэн, эламиты и союзные им восточные «люди су» и, наконец, амореи сталкивались друг с другом в борьбе за нижнюю Месопотамию. Ок.2000 г. все было кончено: амореи расселились до Персидского залива, признав номинальную власть Ишби-Эрры, эламиты и люди су пленили Иббисуэна и разгромили Юг Месопотамии с Уром так, что появился жанр плачей о гибели страны, но не стали закрепляться здесь. Ишби-Эрра объединил под своей верховной властью Нижнюю Месопотамию и пытался продолжать традицию III династии Ура в идейно-политическом отношении, сохранив концепцию царской власти и название «Царство Шумера и Аккада». Но в общественном строе произошел переворот: крупные централизованные хозяйства, эксплуатирующие бригадный подневольный труд, исчезли навсегда. Сектор царской и храмовой земли остался велик, но теперь он был поделен на мелкие участки, на которых сидели отдельные малые семьи, несущие соответствующие обязательства перед государством. Отныне в Месопотамии эксплуатируются почти исключительно мелкие пользователи и владельцы земли, ведущие свое хозяйство.


Вернуться к содержанию рубрики Месопотамия

Наша библиотека

Самое читаемое сегодня: