В 1925 году из Дома слепых пришло известие, что Вангу могут туда принять. Узнав об этом, Ванга от волнения всю ночь не сомкнула глаз. Ее ожидало неизвестное будущее, и никто не мог сказать ей, сколько она пробудет в Земуне. Может быть, останется там навсегда! При мысли, что она больше не „увидит" своих близких, сердце ее сжималось от тоски, а на глазах проступали слезы.
На следующее утро Ванга прощалась с домом. Маленькая и худенькая, необычайно тихая, она „наблюдала" за наступающим весенним утром. „Наблюдала", естественно, совершенно условное понятие, точнее будет сказать, она вслушивалась в наступащий день. Теперь она воспринимала мир на слух. Зрячие даже не предполагают, как много звуков их окружает. .. Вот легкий ветерок прибирается сквозь живую изгородь, затем ласково прикасается  герани, левкою. По молодой траве пробегают кошачьи лапки, а солнце раскачивается на самой высокой ветке сливы. Потом его луч ползет по ее лицу. Эта картина запечатлевается в сознании Ванги, и она запоминет ее на всю жизнь ...
В Доме слепых в Земуне все было новым и интересным. Новую ученицу сразу же одели в школьную форму — коричневую плиссированную юбку и блузку с отложным матросским воротником. Выдали красивые бежевые туфли. Аккуратно подстригли русые волосы. Ванга была смущена и очень счастлива. Потом тайком от других долго ощупывала и разглаживала свои обновки и чувствовала себя, словно королева, ибо никогда прежде у нее не было такой красивой одежды.
Режим в Доме был строгим. До обеда с учениками проводились занятия; они изучали азбуку Брайля, им преподавали различные предметы, обучали музыке . .. Новая питомица обладала необычайно развитым музыкальным слухом и быстро выучилась играть на пианино. Казалось, что клавиши не просто издают звуки, а рассказывают ей о доме — о зеленых струмицких полях, о голубом небе над Ново-Село, о дворике, усеянном пестрыми левкоями и геранью, о веселом журчании реки Тракайна, о детстве, о родных и близких, о солнечном свете .. . Как жалко, что урок музыки не длился весь день.
Затем начались практические занятия. Девочек обучали домоводству — вязать, готовить, убирать. По сути, это не очень сложная работа, но для зрячих. А слепым девочкам нужно было научиться „видеть" руками — приобрести чувствительность и гибкость пальцев. Ванга с легкостью усваивала учебный материал, и не было преподавателя, который остался бы ею недоволен.
Незаметно прошли три года. Ванге исполнилось восемнадцать лет. Она всегда выглядела очень опрятно, а лицо ее излучало спокойствие и умиротворенность. С некоторых пор его озаряла и какая-то внутренняя радость. Здесь, среди воспитанников приюта, был и один паренек — Димитр из села Гяото Гевгелииского края — и Ванга чувствовала, что стоит ей услышать его голос, как сердце начинает тревожно и радостно биться, и всю ее словно окатывает теплой волной. Юноша тоже тянулся к ее голосу, и оба пребывали на вершине блаженства, когда им удавалось побыть наедине. Однажды он признался, что любит ее и предложил пожениться. Его родители были людьми состоятельными и не имели ничего против, чтобы заботиться о них.
Целыми днями Ванга представляла себе, как будет выглядеть в подвенечном наряде — в длинном белом платье, под фатой, нежной, как дуновение ветерка. И не чувствовала под собой ног от счастья. Девушка отправила письмо отцу и стала ждать его благословения. Потянулись дни нетерпеливого ожидания ...