Древний мир

Непознанное

Космос

Ужасы Чертовой поляны

Появление в тайге различных «гиблых мест» многие специалисты связывают с Тунгусским феноменом. Так, близ села Кова Красноярского края есть овальный участок выжженной земли размером от 30 до 200 м в поперечнике. Его называют Чертовой поляной, или Чертовым кладбищем (не путать со псковской «Чертовой поляной»!). Здесь весьма скудная растительность, ветви окружающих деревьев почему-то обуглены, почти не встречаются животные, а у людей, попавших в эту зону, возникают головные боли и необъяснимое чувство страха. На поляне лежат останки зверей и птиц, даже коров, причем они почему-то не поддаются разложению.

За одно десятилетие — с 1980 по 1990 год — в тайге погибло около 75 человек, отправившихся на поиски таинственной поляны. Бесследно исчезли три организованные группы. Так, в 1992 году ушла в тайгу и не вернулась туристическая группа из Набережных Челнов.

Ни одна экспедиция так и не смогла достичь самой поляны. Несколько раз у исследователей пропадали карты, где они отмечали зоны поиска.

В 1991 году на поиски Чертовой поляны тронулась экспедиция владивостокских уфологов. Один из ее участников, Александр Ремпель, так описывает события: «Стрелка компаса замерла и упорно показывала только на север. К вечеру люди стали чувствовать в теле покалывания, у некоторых болели зубы. Все также отметили нарастающее возбуждение. В десятом часу вечера мы подошли к поляне. Связь прекратилась, транзистор «онемел». После этого уфологи повернули назад.

Две экспедиции в район Чертовой поляны совершили и члены братской исследовательской группы «Феномен». Но на подходе к аномальной зоне аппаратура выходила из строя, и дальше исследователи двигаться не рисковали.

Вот рассказ руководителя группы Никиты Томина.

…Итак, днем 25 октября 2002 года наша поисково-исследовательская группа выехала на двух «ГАЗ-66» из поселка Энергетик (Братский район) в сторону загадочной реки Ковы. Через 3 ч мы повстречали фермера Василия, который уже порядка десяти лет жил в деревне на берегу Ковы. Естественно, с нашей стороны начались всевозможные расспросы о «Чертовом кладбище», но узнали мы мало, да еще и неутешительные новости. Оказывается, наш непредсказуемый сибирский климат преподнес нам сюрприз, а именно — по Новой Ковинской дороге проехать даже наши вездеходные машины не смогут, увязнув в незамерзших болотах.

Несмотря на безнадежность положения, отступать нам не хотелось, более того, у нас была интересная информация. Еще до поездки Юрию, члену нашей экспедиции, удалось поговорить с охотником, который промышлял как раз в тех местах и как-то наткнулся на легендарное гиблое место. Эта точка местности как раз совпадала с нашими прошлыми расчетами, и соответствовала одному из намеченных квадратов.

Поэтому с излишней долей упрямства экспедиция двинулась дальше по направлению к Кове. Однако поздним вечером нас ждали неутешительные известия: местные подтвердили сказанное ранее Василием о невозможности добраться до места. Но хорошо, что у нас был так называемый план Б, который состоял в проверке версии А. Брюханова. Дело в том, что Брюханов в 1952 году вместе с дедом-охотником обнаружил в этих краях какую-то гиблую поляну, которую он назвал «Чертовой поляной».

Вдобавок существует гипотеза, что на самом деле «Чертовых полян» несколько, по крайней мере две. В связи с этим оперативно и, может, даже спонтанно мы решили двигаться дальше. Но этот участок дороги был самым ужасным в нашем путешествии, жуткая болтанка (один из членов экспедиции даже умудрился сломать ребро). Но все-таки, слава богу, в первом часу ночи мы добрались до небольшой деревни, где и заночевали.

Утро нас встретило морозным сибирским солнцем, поэтому хороший настрой просто витал в воздухе. Решили провести сразу же обследование деревни. Конечно, деревня — это слишком громко сказано. Три дома и пара сараев — единственный урбанистический элемент этого первобытного места, хотя, видимо, и представляют определенную археологическую ценность. Все засняли на видео- и фотопленку. Включили приборы, но они молчали как рыбы, никаких тебе магнитных возмущений или страшных излучений. Но стоит отметить, что мой рентгенометр показывал здесь куда более низкие значения фоновой радиации, нежели где-то в другом месте. Закончив наши исследовательские мероприятия, мы укомплектовались в вездеходы и двинулись дальше.

Всеми правдами и неправдами часа через 4 мы все-таки добрались до ручья, который был последним географическим ориентиром в описании Брюханова, и, видимо, именно это место должно было стать нашим лагерем. Немного перекусив, мы «зарядили» свои волшебные приборы под названием JРS, «застолбив» место стоянки, и разделились на две группы. Одна группа осталась в импровизированном лагере, а вторая двинулась в лес, вдоль течения ручья, и, хотя у нас и были рации, мы решили не поддерживать связь между группами.

Пройдя 2 км в этом направлении, вторая группа натолкнулась на странное, полуразваленное сооружение, расположенное прямо на ручье. Детальный осмотр последнего показал, что это старинная водяная мельница. Она напоминала запущенное, перекошенное зимовье в миниатюрном варианте. Рядом в снегу мы обнаружили несколько кованых гвоздей, такие еще делали в начале ХХ века.

Также нашли пару гвоздей современного образца, но, в принципе, тоже достаточно старых. Видимо, кто-то ее пытался ремонтировать лет 30–50 назад. После осмотра мельницы в группе разгорелась дискуссия о происхождении данного сооружения. Было довольно странно, ведь ближайший населенный пункт — в 5–6 км, а мельница воздвигнута именно здесь, в лесной глуши. Возможно, старожилы этих мест в свое время видели целесообразным постройку мельницы именно в этом месте, и нигде более.

Оставив в покое нашу находку, группа двинулась дальше вдоль ручья. Мы шли, пристально всматриваясь в заснеженный лес, в поисках странного, аномального кусочка местности, пытаясь разрешить почти столетнюю загадку… Но лишь унылое молчание сибирской тайги было нашим невольным спутником. Приборы показывали только стандартные фоновые значения.

Мы не заметили, как начало смеркаться, зато наши JРS с точностью до минуты говорили о заходе солнца. С неохотой было принято решение возвращаться в лагерь. Почему с неохотой? Да потому что все понимали — завтра утром (в воскресенье) необходимо трогаться домой, так как большинству из членов нашей экспедиции было необходимо появиться в понедельник на работе, а дорога обратно будет трудной и долгой. С собой мы захватили несколько элементов конструкции мельницы, дабы передать их в Братский краеведческий музей.

Мы возвращались домой и подводили итоги. С одной стороны, обследование нами местности, указанной в описании Брюханова, не выявило наличие какой-либо аномальной зоны, с другой же — данная территория была обследована нами недостаточно тщательно, следовательно, на 100 % об отсутствии гиблой поляны в этих местах мы говорить не можем. Также в этой экспедиции нам удалось выяснить, что наши летние расчеты по поводу наличия «Чертовой поляны» в двух квадратах совпали с рассказом местного охотника, который промышлял в тех местах…

По мнению Н. Томина, аномалии Чертовой поляны связаны с падением Тунгусского метеорита. Тогда, в 1908-м, «с неба упала звезда» и пастухи отправились ее искать. По пути они наткнулись на выжженный участок тайги с дырой посередине поблизости от дороги, вдоль которой пасли скот. Дорогу из-за этого позднее перенесли на три километра в сторону — опасались, что скотина забредет на «чертово кладбище» и погибнет, упав в провал. Но, несмотря на это, коровы продолжали самовольно пастись в привычных местах и, конечно, не миновали «дьявольской» поляны. Массовая гибель скота вынудила жителей близлежащих деревень Костино, Чемба и Карамышево переехать в другое место.

В конце 20-х годов прошлого столетия слухами о поляне заинтересовался зоотехник Н. Семенченко. Он бросил в яму в центре поляны бечевку с грузом на конце. Она на несколько десятков метров ушла в провал, но до дна так и не достала. Семенченко обратил внимание на то, что трупы птиц на поляне лежали только вблизи дыры, причем их мясо было странного багрового цвета.

Кроме «метеоритной», существует и другая версия объяснения феномена. В 80-х годах прошедшего века кандидат физико-математических наук, член комиссии по метеоритам Сибирского отделения АН СССР Виктор Журавлев выдвинул гипотезу о том, что под Чертовой поляной медленно разгорается подземный пожар. В этом районе проходит граница Тунгусского каменноугольного бассейна. При недостатке кислорода горение утя сопровождается выделением угарного газа, который не имеет цвета и запаха, но отравляюще действует на живые организмы. Правда, «отравлением угарным газом», увы, нельзя объяснить ни пропавшие исследовательские карты, ни выходящие из строя приборы.

А геологи Всероссийского института минерального сырья, изучив древние геологические структуры, предположили, что странные явления в атмосфере после Тунгусского взрыва связаны не с каким-либо небесным телом, а с мощным выбросом энергии из земных недр.


Наша библиотека

Самое читаемое сегодня: