Возможность существования иных форм жизни.
Человек занимается пчеловодством более 10 ООО лет. Десять тысячелетий он использует пчел, видоизменяет их изучает, пишет о них книги. Но при этом сам пребывает, оказывается, вне их восприятия.

Как считает известныц французский исследователь Реми Шовен, пчелы даже не подозревают о существовании человека. Зрение их устроено таким образом, что позволяет им различать лишь расплывчатые контуры ближних предметов. В этом колышащемся мареве туманных очертаний контуры человека, контуры дерева или придорожного столба одинаково неразличимы и равно безразличны им.

Возможности человека воспринимать окружающий мир далеко не столь всеобъемлющи, как мы иногда думаем. Зрение — основной канал, по которому получаем мы информацию. При этом воспринимаются нами не сами предметы, а лишь электромагнитные волны, которые они отражают. И только та небольшая их часть, на которую настроено наше зрение. Из всей шкалы электромагнитных колебаний, заполняющих собой пространство, мы способны воспринимать лишь 5 %. Эта узкая полоса и есть видимый для нас спектр, 95 % его находится вне нашего восприятия.

Вне нашего восприятия, например, инфракрасное излучение (50 % излучения Солнца лежит именно в этой области). Но ящерицы и змеи различают его. Мы не воспринимаем ультрафиолетовых лучей. Однако насекомые видят их. Мы не слышим ультразвука. Его слышат животные, насекомые и рыбы. Для нас нет электромагнитных полей. Птицы и насекомые воспринимают их. Я не говорю уже о сложном и объемном мире запахов. Или о других способах восприятия мира, о которых мы, возможно, не догадываемся, не имеем ни малейшего представления.

Ограниченность своих возможностей человек компенсирует, используя разного рода приборы, приспособления и устройства. Но разве нельзя допустить, что какие-то зоны реальности по сей день остались вне нашего внимания? А может, и вне возможности воспринять ее.
Есть и другая причина, затрудняющая восприятие известного. Механизм зрительного опознания включает некий набор обобщенных образов, или "ключевых признаков". Когда мы видим объект, он как бы накладывается на имеющийся стереотип, совмещается с ним, и тогда происходит распознание.

Но если перед нами нечто, чему нет аналога в нашей зрительной памяти? Если ни один из "ключевых признаков" объекта никак не соотносится с теми, что есть в наборе? Лягушка воспринимает мух, только когда они ползают или летают. Если же окружить ее неподвижными мухами или салатом из тех же мух, она умрет от голода, глядя на них буквально в упор, но так и не "увидит" их.

Психологам хорошо известен подобный феномен у человека. Для обозначения его имеется даже специальный термин — "негативная галлюцинация". В отличие от простой галлюцинации, когда человек видит то, чего нет, при негативной галлюцинации он не видит того, что находится у него прямо перед глазами.

Допуская вслед за известными учеными возможность бытия неких реликтовых существ на немолекулярной основе, мы выдвигаем и второе допущение — о невосприятии их теми органами чувств, которыми наделен человек. Не воспринимаем же мы нашим зрением мир микробов и бактерий. Однако это не препятствует объективному его существованию.